Зверю скучно. Он лениво вытягивает вперед передние лапы, вглядываясь в горизонт серо карими глазами и снова укладывает морду на каменистую почву, на которой местами росла изумрудная трава. Не так давно он чувствовал позабытый когда-то азарт, и тогда, как и месяцы назад ему вновь хотелось нестись вперед, пробивая покатым лбом ограждения на своем пути. Черная шесть зверя поблескивала в лучах полуденного Солнца, а ночью с ней играла Луна, придавая ей вид седины.
Зверь любил играть, но играя, вгрызался в глотку "первого встречного", сбивая того лапами, и пользуясь временной растерянностью, наблюдал, за метаморфозами человека. Он пил шоры, догмы, весь тот мусор, которым в большинстве своем было забито сознание. Зверь хотел заражать человека желанием думать. Но сейчас зверь скучал. Он хотел, чтобы с ним играли, завоевывали, не боялись, учили... Он любил, когда по его шерстке пробегали маленькие пальчики, лохматя и без того вихрастую гриву. Зверь любил соревноваться, соперничать, женский легкий смех, а еще любил похвалу, но вместе с тем искуссно поданную критику. Определенно он любил, но не выносил скуку.